НАШ СОВРЕМЕННИК
Книжный развал
 

Исповедь самоупоенного пустослова

 

Александр Бовин. XX век как жизнь. Воспоминания. М., 2003

 

Существует распространенное поверье, что собаки, обыкновенно, похожи на своих хозяев, и наоборот. Но, оказывается, есть и книги, поразительно похожие на своих авторов, даже по внешнему виду. Пример тому — только что вышедшие толстенные воспоминания вечного Бовина. Потому вечного, что мельтешил на глазах публики несколько десятилетий — и всегда про­цветал: начал (сперва скромно!) при суровом Сталине, выбился наверх при сумас­брод­ном Хрущеве, оказался на самом-самом верху при простоватом Бреж­неве, а главное — стал заплечным советником и доверенным прибли­женным у Андропова, подавал со товарищи ему секретные записочки испод­тишка. Горбачев и Ельцин Бовина к себе очень уж не приближали, но процветание его всегдашнее сохранилось и даже упрочилось.

Книга Бовина, повторяю, очень похожа на своего создателя, даже на взгляд. Толстенная до неудобства (800 страниц!), украшенная к тому же едва ли не сотней фотографий героя — с мамой и папой, с генсеками и прези­дентами, с оленем или каменной африканской бабищей. И в тексте, и на фото какой-то безустанный парад обжорства. И болтовня, болтовня, болтовня. На любые сюжеты, по любому поводу и бесконечно долго, со вниманием ко всем мельчайшим подробностям собственной личности (даже площадь полученной им в Москве комнаты сообщается с точностью до одной сотой метра). Не правда ли, как похоже на выступления неукротимо словоохотливого автора нынешних болтливых мемуаров?

Покупать это весьма дорогостоящее сочинение, даже листать его в библиотеке никому не советуем, даже если возникнет желание выловить из пустопорожних бормотаний какие-либо интересные проговорки и невольные признания. Но они есть, и их немало, потому нам пришлось пропахать эти сотни страниц, выявить нужное и поделиться уловом с читателями.

Начинает свой многословный рассказ Бовин с того, что подробно объясняет, словно отвечая на неслышимые читателю вопросы: он не еврей. В доказательство подробнейше описывает свою родню по отцу и матери, даже соответствующие фотодокументы привлекает с их изображением. Нельзя не признать, все они на евреев вроде бы не похожи, чего никак нельзя сказать о самом воспоминателе — похож, и даже весьма. Ну, всякое в жизни случается... Бовин подробно рассказал о своей первой жене-еврейке (о второй справки по этому поводу не дал), а также о друзьях-евреях, которые окружали его еще со студенческих лет в Ростове-на-Дону (и этой дружбе он остался верен всю жизнь, об этом все восемь сотен страниц книги). Не станем спорить с воспоминателем — русский он, русский...

А теперь остановимся на самом, видимо, серьезном из бесчисленного множества приводимых им сведений. Речь идет о Юрии Андропове, секретаре ЦК, главе КГБ и недолгом генсеке, с кем Бовин оставался весьма близок всю кремлевскую жизнь своего патрона. До сих пор некоторые русские патриоты не без одобрения поминают Юрия Владимировича: он, дескать, хотел навести порядок в стране, да не успел... Другая точка зрения, которая стала ныне в русских кругах преобладающей, совершенно противоположна: именно он тайно подготовил и выдвинул основных деятелей пресловутой “перестройки” — Горба­чева, А. Яковлева, Арбатова и многих иных вплоть до еще юного тогда Гайдара.

Свидетельства Бовина (возможно, против воли самого воспоминателя) с очевидностью подтверждают последнее. Любопытно, что многие сюжеты совпадают с теми же, описанными в нашей книге “Андропов. Семь тайн генсека с Лубянки”, только что вышедшей вторым изданием. Ввиду важности сюжета приведем несколько примеров, весьма существенных по своему политическому значению. Прежде всего про целый сонм помощников и советников еврейского происхождения, окружавших Андропова со времени прихода в ЦК в 1950 году и вплоть до его кончины на высшем партийно-государственном посту. Лица эти ныне хорошо известны и описаны: Александров-Агентов, Арбатов, Иноземцев, тот же Бовин и иные того же ряда. Не все там были евреи, но прорусски настроенных не оказалось ни единого.

Этих своих приближенных Андропов охотно “одалживал” генсеку Брежневу для тех же услуг, с их помощью имел на слабого Леонида Ильича существенное влияние. Но не до конца: перед самой кончиной своей Брежнев передвинул Андропова с Лубянки на пост секретаря ЦК. Некоторые толкуют это как назначение в наследники, по нашему убеждению — наоборот. Бовин подтверж­дает очевидную растерянность Андропова, когда Брежнев внезапно перевел его с Лубянки на Старую площадь. Точное наблюдение (причем именно с точки зрения прислуги на хозяина!), хотя никаких толкований тому даже не пытается дать. Добавим от себя, что Брежнев поставил на андроповское место совсем не андроповского человека Федорчука, а на свое место собирался поставить первого секретаря ЦК Украины Щербицкого. Увы, не успел Леонид Ильич...

В толстенной книге “русский” Бовин поведал о себе немало характерного и примечательного. Расскажем о немногом, что, несомненно, представляет общественный интерес. Например, пребывая послом Российской Федерации в братском государстве Израиль, он позволил себе принести публичное извинение перед израильтянами за советский “антисемитизм” (поводом послужила некая годовщина казни нескольких сионистских активистов в Москве): “Я представляю Россию. Но я представляю ее в Израиле. Поэтому в этот трагический день я плачу вместе с вами, люди Израиля, и прошу вас — простите...” Кто дал ему право просить прощения и от имени кого? Даже ельцинское руководство ему такого не поручало. Такая вот бовинская само­деятельность…

Руководствуясь теми же чувствами, Бовин начал подбирать служащих посольства из числа наших граждан. Его спросили перед отъездом: “Евреи будут работать в посольстве?” Ответ: “Специально такую задачу не ставлю. Но при прочих равных условиях преимущество будет отдано еврею”. Новый российский посол так старался в этом направлении, что даже в израильском Министерстве иностранных дел ему ласково, но твердо посоветовали: “Делай, конечно, как хочешь. Но только не надо демонстраций. У нас своих евреев хватает, пусть в русском посольстве работают русские”. Как видно, даже израиль­ские дипломаты оказались более прорусскими, нежели “наш” посол Бовин.

Естественно, что, отстаивая еврейские интересы гораздо больше, чем российские, он резко отмежевывается от палестинцев, борющихся за свои права, и даже гневается на “провокационное поведение Арафата”. Так он отстаивал на Ближнем Востоке интересы нашего государства и народа — во всё время своей службы там.

Из немногого, что уже сказано, нетрудно догадаться, как относился и отно­сится ныне, судя по свежим воспоминаниям, Бовин к острейшим полити­ческим вопросам современности. Вот, например, о целостности государства Российского. Русский народ явно не желает отдавать крошечные Курильские островки самураям — из соображений прежде всего морально-патриотичеcких, но не только. Даже полоумный самодур Ельцин не решился проделать такое. А Бовин? Он, разумеется, целиком “за”, хотя великодушно готов не торопиться... “Можно обсуждать вопрос о том, когда это сделать, но если мы уважаем сами себя, мы не можем перечеркивать свое же обязательство”. Произраильский Бовин при этом подразумевает “обяза­тельства” пьяниц и русофобов Хрущева и Ельцина. Но при чем здесь “мы”, русские граждане?

А многострадальный Калининград? Мы (здесь это местоимение вполне уместно) не желаем отдавать этот политый нашей кровью кусок земли на западных рубежах России. А Бовин? А вот: “Мы не уходим из Калининграда, хотя трудно доказать, что мы имеем на него больше прав, чем евреи на часть Западного берега”. Понятно? Нас, русских, уравнивают с жестокими израиль­скими захватчиками, которые силой вытесняют арабов с их коренных земель.

Ну, само собой, не любит Бовин православную культуру и Православие вообще. Как-то гражданин Израиля Гусинский решил показать на захваченном им НТВ некий западный антихристианский фильм. Даже Святейший патриарх Алексий II попросил это кощунство не пускать на публичный экран, но москов­ские граждане Израиля, разумеется, его не услышали. Был шум в русской печати, суд, многое иное, теперь вроде бы таких наглых теледиверсий не проводится. А что Бовин? “Мне представляется, что церковь настойчиво пытается выйти зa отведенные ей в демократическом обществе рамки... И не Богово это дело определять политику, “идеологию” телевидения... Бес­спорно право НТВ, — как и любой другой нецерковной структуры, — сказать “нет” новоявленным цензорам”.

Как видим, “русский” Бовин уравнивает Православную церковь в граждан­ских правах с произраильскими хозяевами тогдашнего НТВ (хотя нынешние вроде бы пока мало чем отличаются от прежних, или будем надеяться?). Христианская “цензура” не нравится отставному послу из Тель-Авива. Да такой зверской антирусской цензуры (без кавычек), что хозяйничает ныне на столичном телеэкране, причем открыто и нагло, такой цензуры и в помине не было при товарище Суслове. Вот почему русские лица мелькают на телеэкране только в массовках.

Что еще не любо Бовину? Конечно, малейший намек на возрождение былого величия нашей страны. Как помним, что-то в этом направлении пытался сделать Е. Примаков в недолгую свою бытность премьером страны (за что и был выдворен из Кремля). Бовин задним числом решительно осудил своего бывшего начальника. “Избавление от имперских амбиций шло с большим трудом. Прекрасный пример — заявление Е. М. Примакова: “Сейчас, — утверждал премьер-министр, оглядываясь на ушедший год, — ни одно крупное событие международной жизни не может осуществиться без непосредственного участия России”. А далее решительный приговор на будущее: “После распада Советского Союза и краха “мирового социализма” мир стал принципиально другим. Удельный вес России в мировой политике заметно ниже веса Советского Союза. И не стоит переживать по этому поводу. Давайте позволим азиатам или африканцам обойтись без нас”.

Многозначительное суждение! С явным удовольствием употреблены тут слова “распад”, “крах”, “ниже” — этого втайне и добивались Бовин co това­рищи, колдуя в закулисных кремлевских кабинетах. Да, теперь “азиаты” обходятся “без нас”, а к чему это приводит, видно на примере растерзанного Ирака. Но не только в Азии такие дела. Несчастные сербы вроде бы проживают в Европе...

Как говорится, и так далее. Пошловатая поверхностность этих словес очевидна, все остальные его оценки и суждения приблизительно таковы же, не стоят они никакого серьезного внимания. Не будем о том.

Зато какую сладкую и полную удовольствий жизнь он прожил! Ничто не омрачило ему земных радостей, никакие бури и терзания. Вот хвастается, что побывал в 47 странах. Заметим попутно, что ни одного иностранного языка так и не смог выучить, что для профессии международника есть порок не только наисущественнейший, но и довольно-таки редкий: уж чего-чего, а языки они знать должны. Кучу наградных побрякушек получил — от Брежнева до Ельцина, охотно этим хвастается. Без конца цитирует свои самодеятельные “стихи”, по сравнению с которыми любой студенческий капустник — шедевр. И не боится выставлять себя шутом. Как-то пригласили его в Израиле в театр, а он в приготовленное кресло не мог втиснуть распухшие телеса, пришлось гостеприимным хозяевам поломать стул и усадить его на двух.

Наконец, о нынешнем президенте: “Путин позволил превратить себя в безвольную игрушку своей “силовой” свиты”. Как говорится, без коммен­тариев…

 

Сергей Семанов

 

 

 
  • Обсудить в форуме.

    [В начало] [Содержание номера] [Свежий номер] [Архив]

     

    "Наш современник" N8, 2003
    Copyright ©"Наш современник" 2003

  • Мы ждем ваших писем с откликами.
    e-mail: mail@nash-sovremennik.ru
  •